Электронный каталог

Выбери книгу по душе

Главная / Детский мир / Наши конкурсы / Результаты Конкурса "История одного предмета" и работы победителей

Результаты Конкурса «История одного предмета» и работы победителей

Конкурс сторителлинга «История одного предмета» завершился.

Организатор конкурса – Находкинская татаро-башкирская общественная организация «Туган тел» («Родной язык») в партнерстве с Центральной библиотечной системой городского округа, при поддержке Департамента внутренней политики Приморского края.

Протокол решения жюри конкурса сторителлинга «История одного предмета» 

Работы победителей конкурса

Младшая возрастная группа

Беспалов Никита — Мечта детства

В нашей семье есть  музыкальный инструмент, который перешел к нам по наследству от дедушки – это баян.
Мой дедушка – Петр Николаевич Беспалов – родился очень давно, еще до войны, в деревне Воробьевка в Казахстане. Когда война почти закончилась (дедушке было тогда 8 лет), к ним в деревню пришел с фронта раненный солдат. И у него была гармошка. До него в деревне ни у кого не было гармошки, и, конечно, по вечерам все жители, и старые, и молодые, собирались послушать, как играет солдат. Старики пели, молодежь танцевала, а Петруня (как звала его мамка) целые вечера сидел у ног солдата и  открыв рот не отрываясь смотрел, на какие кнопочки нажимает солдат, как ставит пальцы и замирал от восторга.
Детство прошло, Петр вырос, женился, ему исполнилось 30 лет, уже сыну его было 6 лет, когда исполнилась мечта детства — ему старший брат, директор школы, подарил баян. И он начал играть. Самоучкой, без нот. Выучился играть плясовые мелодии, очень любил русские народные песни, наигрыши. Когда появились телевизоры, дед не пропускал ни один концерт, запоминал песни, мелодии и потом на посиделках выдавал! Его звали на все праздники и он был душой любой компании.
Когда дедушка умер, бабушка спросила у мамы и папы, что бы они хотели взять на память о дедушке. Они дружно сказали — баян. И вот он теперь у нас. Папа тоже немножко умеет играть. А я пока нет.  Но, может, к тридцати годам научусь.

Бузько Софья — Мамин портрет

Эссе на тему моей семьи или памятный предмет.
Наверное в нашей семье таких предметов не один и не два , а больше. Потому что все эти предметы связаны с давней историей моей мамы.
Я хотела бы рассказать про один предмет.
Это – портреты моей мамы. Как оказалось их всего два. И они выполнены неким мастером – фотографом в Партизанском районе.
Чтобы понять почему они так дороги маме, я узнала, что не потому, что моя мама влюблена в себя.
Оказалось, что они ей дороги именно потому, что их сделал ее дедушка. Он очень любил своих внучек и свою дочь. И хотел, чтобы и мы запомнили какие они были маленькими.
Таким, он говорил, как рассказала моя мама, их больше никто не увидит.
И вот, я узнала, что эти портреты изготовлены с очень маленьких черно-белых фотографий. И они не только выполнены
как копия. Но имеют и фантазию автора портрета, поскольку вещи в которые одеты моя мама и ее мама совсем не тех цветов. Это было очень интересно узнать как зеленое пальто маленькой мамы стало оранжевым.
Оказывается, это от того, что нужно было достичь баланса с фоном на фотографии. Который в основном был зеленым. Это только маленькая история, которую я смогла узнать. А ведь можно узнать как можно больше и это будет очень большой рассказ и не только о моей семье.
Как много можно было узнать из реликвии нашей семьи! Я, как и моя мама, обязательно сохраню.

Еремеев Георгий — Вечно живое ремесло

Каждый год я приезжаю на каникулы к бабушке в деревню. Она живет в Анисимовке. Мне очень нравится жить у бабушки. Она мне жарит вкусно картошку и  пирожки с капустой, делает манные зразы с рыбой, варит вкусный компот. Мы с ней читаем книги и ездим на электричке на дачу.
Дача – это дом где жили ее родители. Там, на даче, много всего интересного: баня, которая топится по-черному, а еще есть погреб, очень глубокий и холодный, выложенный внутри камнями. Бабушка говорила, что когда не было холодильников, в погребе хранили продукты.
А еще у бабушки есть коробка, называется «ОГОРОДНЫЕ ЗАКОПКИ». В ней хранятся кусочки фарфора, пуговицы, копейки, разные стеклышки, ржавые пряжки и прочие находки.
Однажды мы пололи лук и я нашел кусочек глиняной посуды. Это был кусочек разбитой крынки. Мне баба Марина рассказывала, что на месте нашей дачи стоял дом переселенцев Гордиенко Зои и Егора. Вот этот кусочек лежал в земле с тех пор и никто его, кроме меня, не нашел… Мою находку помыли и положили в коробку на хранение. Я начал спрашивать у бабушки про крынки… И тогда она отвела меня в свой музей. Оказывается, когда ехали к нам переселенцы из деревни Лыщичи, Черниговской губернии, они везли свои крынки. Они были из темно-коричневой  глины и горлышки были короткие, переселенцы из других мест привезли крынки из желтой глины с длинными горлами. Оказывается, среди переселенцев 30-х годов был Ефрем Африканович  Козерец, который из местной глины делал посуду. Ефрем вместе с детьми и женой Ефросиньей приехали по вербовке. Он по профессии фельдшер, жена — воспитывала детей и занималась хозяйством. В то время строили дорогу на Сучан (Партизанск) и он работал в военном госпитале фельдшером. Когда бабушка с моей мамой — Олесей (Мужевской) Еремеевой начинали собирать экспонаты для музея, то встречались с женой  Ефросиньей Козерец. Она показала кувшины, макитры, глиняные чашки, которые в свое время сделал ее муж, а их сын  Михаил, рассказывал, как они — дети помогали отцу заготавливать глину. Михаил говорил, что глину отец брал в одном месте, проверял ее годится или нет (скатывал шарики и ложил на солнце, если глина хорошо высыхала, то она пригодная). Был в хозяйстве у Козерцов конь Катер, на котором Ефрем ездил в овраг за глиной. Привезенную глину он складывал в большое деревянное корыто и заливал водой. Каждое утро детвора босыми ногами топтала глину, пока она не станет мягкой. Механический гончарный станок у Ефрема стоял у ручейка, там же был настил для сушки посуды. Глиняную посуду он вначале сушил на солнце, потом обжигал в русской печке и  обрабатывал внутри специальной жидкостью, чтобы посуда хорошо мылась и не было запаха. Осенью наступал сезон продажи. Целые подводы глиняной посуды увозили со двора Ефрема в Промысловку, Новонежино, Шкотово и другие деревни. Местные хозяйки тоже покупали, так как посуда была хорошая, да и дешевая.
Крынки — это очень хорошая посуда. В ней не прокисает молоко и сметана, удобная — в погребе и на заборе (чистые крынки надевают на кол для того чтобы они прогрелись на солнце), занимает мало места, из нее хорошо наливать молоко и набирать сметану деревянной ложкой. Глиняная посуда и сейчас используется людьми. В магазинах продаются кувшины и кружки для компотов и соков, блюда для плова и пирожков. У нас в городе Хабаровске такую посуду, как крынка, можно купить в художественном салоне.
В музее есть несколько крынок. Макитры остались в семье Михаила, как память об отце.

Зверева Василина — Веретено

Недавно в шкафу у бабушки я нашла странную палочку. Бабушка объяснила мне, что это веретено её мамы, моей прабабушки. Раньше я думала, что веретено – это волшебный предмет. Все знают сказку, в которой принцесса укололась веретеном и заснула. Но при чем же здесь моя прабабушка?
Оказалось, что этим веретеном наша баба Поля пряла нитки из шерсти. Когда – то она жила в Пензенской области. Мама с раннего детства учила дочек прясть. Они пряли вечером, потом сматывали нитку в клубок и отдавали своей маме. Она  проверяла нитку, хвалила девочек, но когда они уходили в школу, бросала клубки в печку, потому что нитки были не ровными, с узелками. Постепенно бабушкины нитки стали ровными и прочными, теперь из них можно было вязать шерстяные вещи.
Затем прабабушка выросла, переехала в Уссурийск и много лет жила там со своей семьёй. В их доме был прядильный станок, баба Поля каждый день пряла пряжу, которая отличалась высоким качеством. Из неё она вязала носки, варежки и другие теплые вещи.
Когда баба Поля с уже взрослыми дочерьми переехала в Партизанск, прядильный станок остался в Уссурийске на чердаке. С собой она смогла взять только веретено. Моя мама рассказала, что в комнате у бабушки стояла специальная палка, к которой был примотан комок  шерсти. И из этого бесформенного комка совершенно волшебным способом бабушка вытягивала тонкую ниточку, которую и наматывала на веретено. Веретено крутилось на нитке, опускалось почти до пола, но никогда не падало. Внуки очень любили наблюдать за этим действом. Так ловко орудовать веретеном не мог больше никто. Соседи часто приносили бабушке шерсть, чтобы она спряла из неё нитку.
Бабушка мечтала научить прясть своих дочек или внучек, но, к сожалению, никто из них не перенял бабушкино мастерство. Когда бабе Поле стало тяжело прясть, нитка стала получаться не такой тонкой и ровной, как раньше, она допряла остатки шерсти и из ниток связала носки внукам, правнукам «на вырост».
Баба Поля умерла 7 лет назад, ей был 91 год. Мы до сих пор носим её носки из овечьей и собачьей шерсти. Но теперь их берегут и штопают особым способом.
Конечно, веретено это не волшебный предмет, но оно рассказало мне удивительную историю.

Средняя возрастная группа

Гордеев Всеволод — Технология, опередившая время

Разбирали мы как-то прапрабабушкин сарай и нашли утюг, которым в начале 20 века гладили белье. Изобрели его вообще-то еще раньше, в 18 веке, а до него гладили рубелем, который тоже у бабушки сохранился, и, по рассказам мамы, прапрабабушка предпочитала гладить именно рубелем, так как от утюга она угарала.
Взяли мы этот утюг, замочили в какой – то жидкости от ржавчины, почистили наждачной шкуркой, сначала крупной, потом мелкой — и увезли с собой. Почему забрали? Вовсе не на продажу, нет, он и стоит то ерунда совсем – полторы тысячи (хотя раритеты могли б и подороже стоить),  а для дела. А дело в том, что когда мы взяли участок, чтобы дом построить и там жить, к нам долгое время (года два, наверно) не был проведен свет. Еду варили на печке, летом на костре, уроки делали при свечах, а еще и белье надо было гладить: блузки, рубашки, юбки. Нас семь детей в семье, четверо школьники и гладить приходилось много, к соседям не набегаешься. Вот и пришлось испытать старинный агрегат. И нет чтобы на тряпке какой попробовать  – сразу решили блузку погладить! Белую! Зарядили утюг углями, помахали утюгом (для поддува там сбоку отверстия для этого есть), утюг нагрелся — и… гладил – как новенький, не прилип ни разу. Какие угли лучше – разбирались потом  по ходу, есть же еще такие, что стреляют искрами – и тогда прощай парадная рубашка или любимая футболка. Бывало, все-же стрелял наш утюг иногда, но, слава Богу, не на хороших вещах. Тяжеловат, конечно, но ничего, полезно даже, вместо зарядки. Погладил  школьную одежду себе и братьям – и на турник идти не надо. Потом я в музее нашем такие же утюги видел, они, оказывается, разных размеров были – от самых маленьких (наверно, кружева гладить и складочки всякие выглаживать) до огромных, побольше современных — эти, видать, для штор, скатертей, постельного белья. Ну и тяжеленные, как с ними худенькие женщины справлялись?!
Потом нам провели свет, гладить стали электрическим утюгом, но наш исторический утюг мы сохраним: это же технология, опередившая время – бестопливная, беспроводная. Да и вообще – как стратегический резерв – вдруг наступит век без электричества…

Малков Матвей — Что такое тюбетейка?

Как-то раз я увидел у бабушки интересный головной убор — тюбетейку. Это была тюбетейка моего прадедушки. Она совершила путешествие из Сибири в Амурскую область, затем к нам в Приморский край, потом её подарили мне.
Я решил узнать, как придумали этот головной убор. По одной из версий, прообразом тюбетейки оказался обычный древнетюркский войлочный подшлемник боевого шлема. История тюбетейки уходит в далекое прошлое, её можно увидеть на картинах и в скульптурах прошлых столетий.
Вот несколько интересных фактов о тюбетейках.
Свое название слово «тюбетейка» получило от тюркского «тюбе», что переводится как «верх, вершина».
Тюбетейка была первым головным убором в жизни мальчиков: её начинали носить в раннем детстве. Многие мужчины молодые и средних лет носили тюбетейки из цветной ткани — красного, зеленого, синего бархата. Праздничные тюбетейки молодых мужчин украшали галуном, бисером, блёстками, мелким жемчугом, вышивали тамбурными узорами. Пожилые мужчины носили темные тюбетейки.
Я узнал, что тюбетейки для маленьких мальчиков шили из четырех клиньев. Получался круглый верх и невысокий околыш. Верх вместе с подкладкой простегивали. Плотные ряды машинной строчки на околыше располагались наклонными линиями, в других случаях ‒ узорно, образуя ромбы, треугольники, косую плетенку. Дно выстрачивалось в пределах клиньев углами или параллельными линиями относительно одной из сторон клина. Если тюбетейку шили из хлопчатобумажной ткани, край обшивали полоской бархата.
С давних времён тюбетейки умели шить в каждом доме. В начале XX века прославилась продукция татарских мастеров-ремесленников. В дальнейшем начали завозить тюбетейки из Средней Азии, Ирана и Турции. Они выглядели более нарядными, с пышным вышитым орнаментом по низу и на дне тюбетейки.
В древности по тюбетейке можно было определить социальный статус ее владельца и принадлежность человека к определенным слоям общества. Узор, вышитый на тюбетейке, несет много информации о мусульманине. По орнаменту, форме и цветовой гамме можно определить, из какой местности человек, какой его статус, а также приблизительный возраст мужчины.
В наше время предназначение тюбетейки изменилось. Во-первых, она защищает голову от жгучего солнца, во-вторых, она стала ещё и частью религиозного костюма. Её носят на мусульманских праздниках Курбан-байрам, Ураза-байрам и других. Но сам я надеваю тюбетейку на национальных фестивалях, например, на детском Сабантуе. В эти моменты я чувствую связь со своими предками, чьи традиции я понимаю и люблю.

Мустафаев Арсений — Семейная реликвия — дамская сумочка

В нашей семье вот уже более ста лет хранится семейная реликвия – это дамская сумочка. Она принадлежала моей прабабушке.
Сумочка была куплена прабабушкой, когда ей было 25 лет, в городе Казани. Я беру ее в руки и представляю, как прабабушка молодая, в нарядном платье, с сумочкой в руке идёт по улице Баумана. Да, много лет прошло с той поры.
Прабабушку я знаю только по фотографиям, но ее дочь – моя бабушка рассказывает о жизни своей мамы много интересных историй. Сумочку прабабушка очень берегла, выходила в свет с ней только в праздники. Когда бабушке Лиле исполнилось 18 лет, подарила ей свою любимую вещицу. Но тогда в этой сумочке стали хранить фотографии и письма.
Прошло ещё много лет. У бабушки подрастала дочка, то есть моя мама. Сумочку хранили в ящике комода и передавали от старшего поколения младшему.
Мама бережно хранит дамскую сумочку, в которой сейчас лежат пожелтевшие от времени старые фотографии прабабушки и письма, написанные ею. А ещё она хранит память. Казалось, бы такая обыкновенная вещь, но с каким трепетом и любовью хранимая моими любимыми прабабушкой, бабушкой и мамой.

Садрутдинова Самира — Горжусь отцом и дедом

Шапошников Артем — Как повязать платок по-татарски

Старшая возрастная группа

Бобкова Дарья — Семейная реликвия семьи Шаровых

Я живу в одном доме с Галиной Павловной Шаровой, наши квартиры на одной площадке. Наши семьи дружат много лет.
Я знаю, Галина Павловна очень любит своих родных, которые живут в Белоруссии.
Её мама, Христина Ткачёва , уроженка деревни Горенка Краснопольского района Могилёвской области, чудом сохранила женскую сорочку , в которой выходила замуж. Для свадьбы она соткала льняное полотно, сшила вручную рубаху и вышила красивый узор, состоящий из роз, на рукавах.  Эту реликвию (рубаху — вышиванку) привезла в город Партизанск в 1959 году Галина Павловна и сохранила её до наших дней. Галина Павловна родилась за четыре года до Великой Отечественной войны, их деревня была под оккупацией , она мало помнит об этой жизни, а знает о ней со слов родственников. Немцы приходили в дома и вели себя, как хозяева, забирали всё , что хотели. Вещи из льна их очень привлекали, так как они использовали их после бани. Красивейшими рушниками вытирали ноги! Селяне прятали вещи, закапывали их в огороде. После войны выживали очень трудно, но к сокровенным вещам относились очень бережно, хранили их в дубовых сундуках. Поэтому они дошли до нашего взора сквозь века!
Когда Галина Павловна собралась вместе с мужем переехать в Приморский край, то ее мама развернула перед ней свою свадебную рубаху, которая была исполнена в классических белорусских мотивах: лён был светлых тонов, рукава украшены красным орнаментом, который придавал вещи завершённость и защищал от нечистой силы по поверьям белорусов. Если внимательно присмотреться, то можно заметить, что она удлинена мешковиной в целях экономии. Всё — таки льняное полотно очень трудоёмкое в изготовлении, поэтому дорогое.
Мать вручила дочери Гале рубаху и сказала: «Пусть она принесёт тебе счастье!»

Круталевич Екатерина — Семейная реликвия семьи Круталевич

Моя бабушка часто рассказывает мне историю возникновения нашей фамилии. А я уже пятое поколение нашей семьи по папиной линии, корни которой находятся в белорусской земле.
Однажды бабушка показала мне две вещи: скатерть и рушник с вышивкой, и сказала, что они очень ей дороги. Отец бабушки, мой прадед Круталевич Илья Леонович, которому на начало войны было только 13 лет, с братьями скрывались в лесах, жили в землянках, потом попали в партизанский отряд. Там дождались освобождения своего района. И так сложилось, что после службы в армии в 1952 году мой прадед попал в Забайкальский край, там создал семью, построил свой дом, там появилась на свет моя бабушка Света.
Бабушкин брат Анатолий — партизанский сын, отслужил в армии, встретил любовь всей своей жизни – Анну.
В Белоруссии, в одну из встреч с семьёй Анатолия (которого, к сожалению, уже нет с нами), его вдова, Анна Фёдоровна Круталевич, и подарила бабушке рушник и скатерть, которые она вышила своими руками.
Бабушка развернула передо мной скатерть.
И мне показалось, что цветы только что принесли с лесной полянки и разложили по белой скатерти! Они так искусно вышиты, так разнообразны, что хочется взять их в руки и сплести веночек.
А на концах рушника распустились лотосы! Шерсть ярких тонов, использованная в вышивке, придаёт цветам объём, они смотрятся как живые. Кроме того, рушник украшен ручным кружевом
Вышивка выполнена в разной технике. Есть стебельчатый шов – плотно прилегающие стежки. Это один из самых древних видов швов, встречается на вещах из археологических раскопок. Есть прямая и косая гладь («насцель», «гладзь»).
Оказывается, рушник – это вовсе не полотенце для рук, как можно подумать. Это такая особая вещь, которая с древних времён в жизни белорусов имела очень важное значение.
Рушник сопровождал человека на протяжении всей жизни. Его брали с собой в дорогу, с ним же перед порогом дома встречали дорогих гостей, он обрамлял святой образ в доме, на нём стояли молодые во время венчания в храме, на него принимали новорождённого ребёнка, с ним провожали человека в последний путь.
По своей сути, рушник — символ жизненного пути. При ширине 35-40 см, его длина 3–5 метров. Белый цвет рушника — символ чистоты, очищения, добра.
А что может быть прекраснее образцов национальной культуры?
Увлеклась вышивкой и Анна Фёдоровна. А эти, казалось бы, такие простые и скромные скатерть и рушник, несут в себе тепло, добрый свет и знания о традициях белорусского народа. Для нашей семьи это самые настоящие семейные реликвии, т.е. лик нашего рода. Это частицы семейного единения и связи между поколениями.
Моя бабушка передаёт эти наши семейные реликвии на различные выставки, которые проводит общественная организация «Сябры Белоруссии» в г. Партизанске.

Кабанова Малика — Чайные традиции татар

 

Перейти к верхней панели